на ядерной пустоши нет места таким как мы.
у тебя нет имени и нет родины, ты не знаешь дома, в который мог бы вернуться, но ты все ещё дышишь — все ещё можешь обрести себя заново. на пересечении вселенных ты считаешь минуты до судного дня, и счёт снова идёт на единицы: среди бесконечности развилок определишь ли для себя правильный путь?
доброй дороги, путник, и не смей забывать, у выживания нет цены.

nuclear

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » nuclear » deus exit machina » My soul to take


My soul to take

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

MY SOUL TO TAKE
«Всё должно измениться, чтобы всё осталось по-старому».
— Джузеппе ди Лампедуза


https://media.giphy.com/media/dWxrEriQUSFW/giphy.gif

Harry Potter & Lord Voldemort

Великобритания; 1997 год; PG-13

Той памятной ночью в доме Поттеров один должен был умереть, чтобы жил другой. Но судьба распорядилась иначе, и души тех, кому предначертано стать заклятыми врагами, обрели новое пристанище...

+1

2

В тишине леса особенно громок, как правило, сочный хруст веток, от которого крадущийся рефлекторно затаивает дыхание, на мгновение замерев и зорко осматриваясь. Внезапный звук еще несколько секунд бьет эхом у него в голове, смешиваясь с глухим стуком сердца, и так же внезапно заканчивается. Крадущийся выдыхает.

      Где-то в отдаленном уголке своего сознания Поттер был до одурения голоден, но хорошо научился подавлять это чувство, равно как и желание спать, отчего иногда он вырубался неосознанно. Однако, постоянное — в течение последнего времени — эмоциональное напряжение чаще всего, напротив, не давало ему уснуть, и он обычно этим пользовался, зная, что Морфей все равно неохотно станет заключать его в объятия ностальгических кошмаров. В определенный момент своей жизни у Гарри была еще возможность воспользоваться советом друзей и перестать гнуть свою линию, но в голове било набатом ярчайшее желание искоренить, уничтожить и предотвратить — как ему казалось — абсолютное зло.

      Сам для себя он прекрасно знал, что когда-нибудь Тот-Про-Кого-Все-Почему-то-Забыли появится вновь и снова потоками польются на волшебный мир гонения, смерти и аресты людей, виновных только в том, что родились «неправильными» и «неугодными». От осознания этой мысли голова у Поттера начинала непроизвольно кружиться от злобы, которая его одолевала, и руки рефлекторно сжимались в кулаки.

      Гарри еще раз внимательно осмотрелся вокруг. Запах росы и колкий холод служил знаком начала нового дня; если пройти пару-тройку километров назад, то можно даже погреть замерзшие руки на солнце, но здесь, где сейчас находился Поттер, напавший на исключительно верный след, деревья были слишком высоки, чтобы давать возможность крошечному — в сравнении с ними — человеку почувствовать солнечное тепло. Тем не менее, такое положение дел устраивало Золотого Мальчика куда больше, поскольку он имел больше шансов остаться незамеченным, если начнет, наконец, смотреть под ноги.

      Практически ползком пробираясь под едва слышно шуршащими ветками елей, Гарри с трудом держал себя в руках: в момент, когда до цели осталось так мало, хочется «уже» и «сейчас», хочется ворваться в ветхий и незаметный дом с оглушающим треском деревянных стен от  Bombarda Maxima и положить всему конец — впрочем, живущий одной лишь местью, заросший щетиной, но молодой юноша пока не задумывался, чем продолжится его жизнь, лишившаяся единственной цели. Но сейчас не об этом.

      Палочка, привычная уже настолько, что считаешь ее частью собственного тела, крепко сидит в руке, иллюзорно дрожа от того же желания отомстить. Гарри осторожно отгибает ветку ели и смотрит в окно стоящего на крохотной опушке леса старого домишки. Еще несколько шагов, и отступать будет некуда; но он, впрочем, и не планирует.

+1

3

[indent]Шестнадцать лет назад произошло то, чего нельзя было ни предвидеть, ни предугадать.

[indent]Он видел его в темноте, незримо наблюдая за каждым его шагом. Узкое скользкое тельце, покрытое блестящей чешуёй, извивалось в прелой листве подобно быстрому ручью. Зрачки змеи неотступно следили за незваным гостем, посмевшим ступить под сень густо сплетённых ветвями деревьев — туда, куда давно не ступала нога ни человека, ни волшебника, ни прочей живой твари. Уже шестнадцать лет — с тех самых пор, как в этом позабытом богом месте поселилась тьма, коей не было названия; магия, чьё присутствие гнало прочь всякого зверя и птицу. Одни лишь змеи находили пристанище и покровительство подле этой тьмы: существа эти водились здесь в огромной количестве — среди узловатых корней, впивавшихся в землю, в тени густой травы — они были повсюду: они стали его глазами...

[indent]Шестнадцать лет назад ему казалось, что всё кончено. Его планам не суждено было сбыться; Волдеморт потерпел поражение, он пал, потеряв верность своих последователей. Лишившись своих сил, он вынужден был отступить, — и перед кем? Перед ребёнком!.. Перед младенцем, невинным дитя... Он не погиб, но стал ничем. Шестнадцать лет назад ему казалось, что всё кончено, — он ошибся: это было лишь начало.

[indent]Он видит его всё ближе и ближе, чувствует его злость. Та связь, что соединила их друг с другом шестнадцать лет назад, крепла все эти годы, она привела Поттера сюда: и вот теперь Тёмный Лорд ощущает себя единым целым с тем, кто считает его заклятым врагом. Чужая злоба ядом отравляет кровь, растекаясь по телу, точно жидкий огонь; но разум его упорно сопротивляется этому яду, раскалённым тугим клубком пульсирующему в груди.

[indent]Это было лишь начало. Он понял не сразу; а когда осознал, чем расплатился за свою опрометчивость, испытал ужас, — быть может, в первые в жизни. Первое время Волдеморт пробовал сопротивляться, — тому чужому и враждебному, ненавистному, что поселилось в его душе. Тому, что  с т а л о  его душой. Немыслимо, непредставимо: душа младенца, невинная и чистая, не погибла — она нашла своё пристанище в теле того, кто пытался уничтожить её. Магия, волшебство, столь древнее и светлое, древнее как сама жизнь — любовь матери к своему дитя — спасла сына Джеймса и Лили, но обратило в кошмар и его существование, и существование того, кто желал ему гибели. Шестнадцать долгих, невыносимо долгих лет Тёмный Лорд провёл в борьбе, в самой страшной борьбе, что может быть известна живому человеку: борьбе с самим собой. Его разум вступил в схватку с собственной душой, и в этой битве не могло быть победителей. Волдеморт потерял всех сторонников, отрёкся от всего, чем жил прежде; он скрылся, бежал, как бежит раненый зверь, ища убежища там, где никто не сумел бы настичь его. Шестнадцать лет он изучал ту связь, что возникла между ним и его жертвой, проникая в мысли Поттера, живя в его снах, — и знал: однажды жертва решит примерить шкуру охотника.

[indent]Лес озарила вспышка света, но его уже не было там, куда пришёлся удар разрушительного заклятия. Часть ветхого дома разлетелась в щепы; пахло гарью, на обломках досок занялся пожар. В его багровых отблесках окружающий лес выглядел зловеще, словно пейзаж фантастической сказки. Испуганная змея с тихим шорохом метнулась в траву, скользнув подле ног стоявшего позади Гарри волшебника. Глаза его, точь-в-точь змеиные, с такими же хищными вертикальным зрачками, в упор смотрели в затылок мальчишки.

[indent]— Гарри Поттер.

[indent]Негромкий шёпот сорвался с губ, похожий на шипение; Тёмный Лорд успел увидеть, как мелькнули зелёные глаза за стеклами круглых очков, — рука с палочкой взлетела вверх в попытке обезоружить противника:

[indent]— Expelliarmus!

[indent]И когда охотник явился, он был готов к этой встрече.

0


Вы здесь » nuclear » deus exit machina » My soul to take